Сегодня: г.

«Благословение на геноцид» от Максима Шевченко

Конечно, левые левым рознь. Как, впрочем, и правые. В том смысле, что далеко не все сторонники или противники тех или иных политических взглядов подадут руку такому откровенному антисемиту, как Максим Шевченко.

Выступая в «Особом мнении» 17 мая 2018 года на радиостанции «Эхо Москвы», этот господин, разоткровенничавшись с ведущей Нино Росебашвили, определил себя следующим образом: «Я — безработный журналист. Я нигде не работаю. Я — блогер. Я — индивидуальный предприниматель. Я не работаю ни в одном СМИ». Тем не менее, этого «безработного», блуждающего по различным радиоэфирам и телепрограммам, не брезгует на регулярной основе приглашать такой рупор демократической журналистики, как «Эхо Москвы». 
 

 

Максим Шевченко. Фото: Uznayvse.ru

Шевченко — настоящий юдофоб, ибо о чем бы он ни говорил, не ввернуть пару-тройку пассажей, переполненных ненавистью к евреям и Израилю, он не в состоянии. Свое «Особое мнение» 17 мая «блогер» Шевченко начал вроде за здравие, хотя и на высокой ноте, возмущаясь казаками, наделившими себя (или их наделили?) в Москве полицейскими правами. Затем, вероятно, ради красного словца неожиданно зачислив ведущую в политики, он прокричал: «Я не политик в том смысле как вы…. Я как политик ставлю требования…». Вот такой перл выдал на-гора «грамотей» и «индивидуальный предприниматель» Максим Шевченко, он же «неполитик» и одновременно «как политик», требования «ставит», а вопросы «выдвигает». Например, такие: «Вот если надо, Нино, мы пойдем с вами – я, Венедиктов(главный редактор и совладелец «Эха Москвы» — З.Г.) – мы москвичи, мы сами будем следить, чтобы не было пьяных и так далее. Оденем красные повязки, как это всегда было». 

Тень на плетень наводит Шевченко, но ему важно свое юдофобство прокликать! У него всегда найдется время сходить на что-нибудь эдакое антиеврейское и антиизраильское. И в этом он откровенен. «Допустим, два дня назад мы с Сергеем Удальцовым (лидером Левого фронта – З.Г.) проводили пикет перед американским посольством», – делится он своими «героическими» деяниями. Для не особенно понятливых разъясняет: «Так как мы не могли заранее подать заявку, мы проводили одиночные пикеты – Удальцов, я, другие товарищи из Левого фронта – против массового убийства палестинцев. Почему не перед израильским, спросите, а перед американским? Зачем обращаться к марионетке, когда можно сразу обратиться к хозяину?» 

Максим Шевченко долго разглагольствовал, сев на любимого антисемитского конька, но Нино Росебашвили смогла вклиниться в не всегда связную речь «блогера» и задать вопрос, который напрашивался едва ли не сам собой: «А вот то, что, например, попытались палестинцы, участники марша, прорваться через государственную границу?» Назвать ответ Шевченко только лживым – это, значит, ничего не сказать. Ему надо отдать должное: он не задерживается с реагированием на такие вопросы и, если речь о евреях, всегда находит сравнения в духе нацистской пропаганды. 

Вот его слова: «Это не государственная граница. Это линия фронта, которая выстроена с израильской стороны. Это как страна-лагерь. Это стена – это как стена концлагеря. Это огромный концлагерь, где нет воды, еды, медикаментов, где все это выделяется надсмотрщиками израильскими дозами, как они сочтут нужным. И еще они людей расстреливают, убивают». Вот о чем говорит на «Эхе Москвы» «индивидуальный предприниматель» Максим Шевченко! 

Показательно, что, вспомнив Александра Мельмана, блестящего обозревателя газеты «Московский комсомолец», он не преминул сказать: «Даже Александр Мельман выступил с таким постом трагическим…». Какую важную нагрузку придал в данном случае Шевченко омониму «даже»?! По его, Максима Шевченко, мнению все евреи «одним миром мазаны», всегда солидарны друг с другом «в едином порыве», и только одиночки из этого ряда выбиваются. Напоминает известное нацистское клише: «Все евреи от мала до велика – комиссары или будущие комиссары». 

«Неполитик» Шевченко видит себя фигурой, определяющей российскую политику. Вот его очередной не очень связно прозвучавший пассаж: «После пикета Левого фронта. Мы были первыми, кто выступил с осуждением этой акции (имеется ввиду недопущение Израилем прорыва хамасовских боевиков на свою территорию – З.Г.). Очевидно, увидев нашу акцию, Лавров тоже решил высказаться». Шевченко, страдая от скромности, постеснялся сказать, что и генсек ООН Антониу Гутерреш не предпринимает никаких действий, не поинтересовавшись заранее, что в далекой России успел натворить и наговорить Максим Шевченко. Шевченковский мыслительный аппарат дает явные сбои. Он путается, теряет нить разговора, неожиданно начинает атаковать ведущую, предъявляя ей нелепые претензии. Вот образчик его недовольства, обращенного к Нино Росебашвили: «Ну, вы не верите в демократию, Нино. Мне очень жаль. Мне очень жаль, что вы работаете на демократической либеральной радиостанции, и вы при этом не верите, что… Мне интересно, это позиция всех либералов: Яшина, Навального? Очень горько, потому что мы – левые – верим в том (стиль оригинала – З.Г.), что можно добиться политических целей. И опыт России показывает нам, что политических целей добиться можно. Мы добьемся!» 

Вспоминается Виктор Михайлович Полесов, незабвенный персонаж из «Двенадцати стульев» Ильфа и Петрова, которому, Остап Бендер, мороча голову с целью выманивания денег, предложил войти в тайное общество «Меча и Орала». На вопрос «Ваше политическое кредо?», восторженный Полесов ответил «Всегда!» Если бы Максим Шевченко, хотя бы на мгновение смог отрешиться от переполняющей его безмерной лжи, то свое полититическое кредо он определил бы так: «Антисемит навсегда!» 

Натравливая на израильтян весь мир, Шевченко опять же вполне по-нацистски, пытается выставить евреев по отношению к палестинским арабам бездушными нечеловеками. Он так и говорит: «…многие израильтяне спорят, доказывая, что так им (похоже, он имеет ввиду палестинских арабов — З.Г.) и надо, этим животным, что их надо расстреливать. И даже там) были смотровые площадки, с которых смотрели и смеялись» (!-З.Г.). 

На голубом глазу Шевченко, выставив себя «приглашающей стороной», отвечает: «Это происходит на границе с Газой, пожалуйста, приезжайте. Там с израильской стороны есть видео многократные, фотографии, где можно посетить такие места, где можно посмотреть, как армия обороны Израиля расстреливает палестинцев». 

Шевченко утверждает, что ХАМАС готов к мирным переговорам. Все еще остававшаяся в состоянии, по крайней мере, удивления, Нино Росебашвили, задала гостю вполне логичный вопрос: «Как договариваться, если Палестина и, в частности, ХАМАС, выступают за уничтожение Израиля как государства?» И тут «безработный журналист» понес такое! «Вы понимаете разницу между уничтожением нацистской Германии и уничтожением Германии?» — вместо ответа задает Шевченко свой вопрос ведущей. И вот его же ответ: «Сегодня Израиль – это государство, в котором нарушаются права человека, как они нарушались в нацистской Германии. Нацистский режим и Германия – это не одно и то же. Режим современного Израиля и демократическое государство Израиль, в котором будут все права даны и евреям и палестинцам – это совсем другое дело. Да, мы выступаем за уничтожение той власти, которая превратила еврейский народ фактически в носителей нацистской идеологии. Я считаю, что так же, как мы выступали за уничтожение той власти, которая превратила немецкий народ в носителей нацистской идеологии». 

Что же получается по Максиму Шевченко!? Израиль, государство, являющееся членом ООН, ставится на одну доску с нацистской Германией? Российский журналист, пусть даже безработный, пусть без царя в голове, выступает за уничтожение еврейского государства! Значит, он выступает за новый порядок, за новые жертвы. Шевченко мечтает уничтожить Израиль, чтобы легче было осуществлять новый Холокост! Именно такую позицию британский историк Норман Кон называл «благословением на геноцид». Плачет, ох, как плачет по Максиму Леонардовичу скамья подсудимых! 

Не мог не задеть Шевченко приезд в Москву премьер-министра Израиля Биньямина Нетаниягу и его появление вместе с президентом России Владимиром Путиным на параде на Красной площади в День победы 9 мая. В пароксизме безмерной злобы к еврейскому государству Шевченко выдвинул тезис, что Россия «не является независимой страной». «Приехал тут Нетаниягу, — сетует радетель уничтожения Израиля, — походил с георгиевской ленточкой, уехал, заявил, что Россия дала ему санкцию уничтожать сирийцев — и убил, устроил геноцид палестинского населения чудовищный…. Журналисты расстреливались. Масса видео. Просто расстрел безоружных людей. Бабий яр … такой устроили на границе Газы и Израиля. И ничего, понимаете». 

Шевченковское косноязычие – простительно! За бездарность не судят! Но простить ему антисемитскую «злобу заскорузлую», о которой и говорил в своем стихотворении «Бабий яр» Евгений Евтушенко, нельзя! 

Британский клинический психотерапевт Стивен Баум свое исследование «Антисемитизм как психическое расстройство» открывает такой фразой: «Все началось не с Гитлера и с ним не закончилось. Антисемитские воззрения — часть процесса, продолжающегося тысячелетия, часть социальной мифологии, пронизывающей самое сердце общества. Известно, что наименее эмоционально зрелые люди — самые большие антисемиты и больше всех других исповедуют различные предубеждения. Их легче всего заставить поверить в антисемитские мифы и, вообще, во всякие предрассудки». 

В ряду таких людей российский антисемит Максим Шевченко занимает свое не очень скромное, но весьма мерзопакостное место.

Источник

 
Статья прочитана 8 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Здесь вы можете написать отзыв

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля

Последние Твитты

Loading

Архивы

Наши партнеры

Читать нас

Связаться с нами

Написать администратору